1500py470 (1500py470) wrote,
1500py470
1500py470

За Лампочку Ильича замолвлю слово...

Ученье Маркса-Ленина гласит, что правильный клятый капиталист али буржуин должен продать и любезно подать верёвку на которой его повесят. Но иногда попадаются неправильные, которые ну не продают её, ну ни за какие деньги :(( И тогда приходится отбирать её мозолистой рукой. Ну почему они хотят помучатся? Всё равно кондициями т. Сухова не обладают, и потому идеи Маркса-Ленина как обычно побеждают.

StalinLamp

ноне всего 2000 USD


По причине освоености только угольных нитей и электродов, а обработки купленного за бугром вольфрам только с помощью пресса к 20 году (ГОЭЛРО в нём приняли) вылезла забавная загогулина в битве за Лампочку Ильича. AEG, GE и OSRAM только умеют делать их по полному циклу. Наш человек Доливо-Добровольский тех. директор AEG умер в 19 году и уже не спросишь, а эти гады не продают. Лодыгин наш человек, но на почве национального вопроса с новой властью ещё в 17 году разосрался и опять облом. Переписка Ленина с Штейнмецом частично только помогла станок полуавтомат без технологии на образец прикупить, обидна :( Остаётся OSRAM, но и энти злыдни в отказ ушли! Ирония судьбы такова, что организатор покушения на Ленина (собственноручно пули того самого знаменитого "Браунинга" ужасно пошлым ядом кураре намазал и вручил заряженный смертью в квадрате пистолет одиозной Фанни Каплан), эсеровский боевик, террорист, станет пом. нач. агентурного отдела РУ ГШ РККА во славу добычи той страшной буржуинской тайны! Энтого типчика с наклоностями террориста и хорошего электротехника звали Григорий Иванович Семёнов и как следствие его деяний прошлых вполне заслуженно в 37 расстреляли (Ильич только Каплан просил не трогать, ну не надо грязи не по делу).


Вот отрывок от ArtOfWar – ЗАВЕТАМ ЛЕНИНА ВЕРНЫ! Немного с перегибом восхваляющий делишки этого типчика.

Окружённой врагами молодой Советской Республике нужен был мощный индустриальный подъём. В качестве трамплина для "большого скачка в модернизацию" Ленин предлагал использовать электропромышленность. Его категоричная аксиома: "Коммунизм - это есть Советская власть плюс электрификация всей страны" стала главным лозунгом большевистской программы. Подтверждением чёткого понимания руководством страны первостепенного значения электропромышленности в деле налаживания индустриального производства стала разработка с 1918 года, а затем обсуждение и принятие декретом Совнаркома плана ГОЭЛРО, названного тогда же "второй программой партии" и охарактеризованного западными исследователями как гигантский по масштабам, монументальный по целям технический проект, символизировавший "исключительные амбиции" Советской власти. Амбиции стимулировались ещё и тем, что сама логика технологического прогресса выдвигала электропромышленность в число ключевых и наиболее перспективных отраслей, по отношению к которым как нельзя более применимо выражение "кто не успел - тот опоздал". Опаздывать же коммунистам с их планами мировой революции было никак нельзя. Следовательно, электрифицироваться требовалось сразу, почти вмиг. Но как это сделать? Без помощи разведки было не обойтись.

Знаменитые "лампочки Ильича", возведённый в культ зримый и материальный прообраз светлого коммунистического будущего, на самом деле были американского и немецкого изготовления. Собственного производства ламп накаливания в РСФСР практически не существовало. Так, в 1920 году Советская Россия закупила за границей в 3 раза больше электроламп, чем изготовленных самостоятельно допотопных их подобий с угольной нитью накаливания. Угольные лампочки светили тускло и служили недолго. Это обстоятельство являлось предметом постоянных насмешек западной прессы: где уж Советам создать современное индустриальное общество, если они не умеют делать даже элементарные бытовые лампочки! Партийное руководство прекрасно понимало, что многочисленные электростанции и плотины будут совершенно ни к чему, если иностранные фирмы вдруг откажутся продавать лампы или вольфрамовую нить накаливания. Такая зависимость от "капиталистического" окружения могла стать роковой. Да и влетала она в копеечку: только один импорт вольфрамовой нити ежегодно обходился нищей республике в 250 тысяч золотых рублей. Технологию её изготовления крупнейшие производители - американский концерн General Electric и германские AEG и Osram - держали в тайне и отказывались продавать за любые деньги. Поставленным в безвыходное положение большевикам ничего не оставалось, как украсть производственные секреты.

7 сентября 1923 года в Главэлектро ВСНХ поступило распоряжение секретаря ЦК РКП(б) В.М. Молотова: "Немедленно, сегодня же, откомандируйте т. Семёнова Г.И. в распоряжение ЦК РКП(б)". Партии вновь потребовался опыт разведчика, вдобавок разбирающегося в электротехнике. Семёнов был вновь зачислен в штат Разведуправления РККА и занялся разработкой операции по получению и переправки из Германии в Москву информации по технологии вольфрамового производства. Операция проводилась совместно военной разведкой и чекистами, координировал её Феликс Эдмундович Дзержинский, а технические задания разведчикам давали руководители советской электропромышленности - уже упоминавшийся Абрам Гольцман, Константин Уханов (будущий председатель Моссовета) и Николай Булганин, будущий советский премьер.

Разведка должна была найти рабочих вольфрамовых цехов фирм AEG и Osram, причастных к тайнам производства. Принципиально новым направлением работы Иностранного отдела ОГПУ и агентурного отдела Разведупра РККА стало в ту пору широкое использование рядовых иностранных граждан. Вербовались они на идейной основе, бесплатно, радуясь тому, что делают благородное дело. Будучи коммунистами или просто симпатизирующими Советской власти людьми, западные рабочие охотно помогали укрепиться молодой коммунистической стране ради скорейшего свершения и у них социалистической революции.

Осенью 1923 года Семёнов прибыл в Германию, находившуюся накануне революционного взрыва. Дворянское воспитание снова проявило себя. Проработавший в Европе несколько лет электриком, Семёнов знал французский и немецкий языки, обычаи рабочего населения Германии, что позволило легко вжиться в среду берлинского пролетариата. Военный отдел Компартии Германии рекомендовал для вербовки квалифицированных рабочих Юлиуса Хоффманна, трудившегося на AEG, и Эмиля Дайбеля - механика с Osram. Разведупр вышел на них через военную разведку Коммунистической партии Германии. Товарищи были проверенные, ветераны Первой мировой войны, твердые коммунисты. Семёнов с воодушевлением включился в любимое дело и вскоре тесно сошёлся с Дайбелем. Этого 40-летнего опытного механика он охарактеризовал в своём донесении как "авантюриста, способного на геройский подвиг, человека большой личной храбрости и решительности". Родственные души сработались. Дайбель рекомендовал товарищу Жоржу (как на привычный французский манер представлялся Григорий Семёнов) других работников Osram. Слесарь-механик Франц Гайслер и токарь Вилли Кох состояли в нелегальной ячейке КПГ, организованной на заводе параллельно с легальной. Буквально через месяц новые связи весьма пригодились Семёнову. Неудавшаяся революция в Германии октября 1923-го и последовавшие за нею ноябрьские репрессии против коммунистов вынудили Дайбеля и Хоффмана искать политического убежища в СССР.

После краткого периода смуты, Жорж Семёнов восстановил агентурные связи с Кохом и Гайслером, в силу партийной законспирированности уцелевшими от массовых увольнений членов компартии администрацией завода. 28-летний Кох и 26-летний Гайслер уже привлекались к сбору материалов о вольфрамовом производстве, выполняя отдельные поручения руководителя заводской парторганизации Дайбеля. Вилли Кох вспоминал, как в начале 1924 года его вызвали в райком КПГ берлинского района Лихтенберг, где он состоял на партучёте. Секретарь Карл Ковальски, ссылаясь на Дайбеля, объяснил партийное задание и сообщил Коху, "чтобы он всё, что касается вольфрамового производства, передавал через одного человека". Несколько встреч с "одним человеком", представившимся необычным для немца именем Жорж, произошло сначала в помещении райкома партии, а затем в более располагающем для задушевной беседы хорошем ресторане. Тут-то Семёнову и пригодилось электротехническое образование. Не вдаваясь в тонкости технологического процесса, он знал, о чём вести разговор, что также способствовало налаживанию контакта с агентом. Уточнение деталей происходило следующим образом: руководители вольфрамовой лаборатории московского кабельного завода формулировали специальные технические вопросы, вызывавшие у них затруднения в процессе исследовательской работы, и передавали их сотруднику Разведупра; задание дипломатической почтой пересылалось Семёнову, который знакомил с ним немецких рабочих Osram. Имея доступ к чертежам, образцам и прочим секретам производства, сознательные пролетарии давали Жоржу нужную информацию. Получив таким путём сведения из Германии, советские специалисты двигались дальше в освоении протяжки вольфрамовой нити и прочих любопытных технологий. В вольфрамовой лаборатории фирмы Osram велись опыты по получению принципиально новых типов сверхпрочных сплавов, изготовлявшихся невиданным доселе методом, позднее названным металлокерамическим. В 1923 году здесь впервые в мире был получен сплав карбида вольфрама с кобальтом, внедрение которого в массовое производство под названием "видиа" произвело настоящую революцию в индустриальном производстве: резцы с такой напайкой обрабатывали деталь в 5-8 раз быстрее стальной! Вскоре тот же самый сплав под названием "победит" появился на советских заводах.

Освоение секретов молибденовой и вольфрамовой технологий, полученных из цехов завода Osram, открыло учёным Страны Советов дорогу к новейшим видам брони для кораблей, самолётов и танков. Не говоря уж о том, что Московский электроламповый завод вскоре наладил выпуск самых настоящих лампочек Ильича. В общем, великий ленинский план ГОЭЛРО был реализован, не в последнюю очередь благодаря бывшему организатору покушения на Ильича. Сам же Семёнов к середине 1924 года изрядно заскучал от бумажной возни. Наладив связь и бесперебойную передачу информации, оперативный сотрудник Жорж, чей недостаток специальных знаний всё больше напоминал о себе, стал проситься на другую работу. На смену ему прислали высококвалифицированного инженера из вольфрамовой лаборатории Кабельного завода, а Семёнова отозвали в Москву.
3344806

Его вернули на то же место. Ходатайствовало об этом Главэлектро, о чём сохранилось отношение в Учраспредотдел ЦК РКП(б) от 25 июля 1924 года за подписью Гольцмана: "Прошу откомандировать т. Семёнова Григория Ивановича, вернувшегося с заграничной командировки, обратно на ответственную работу Главэлектро ВСНХ". В ответ решением ЦК партии 31 июля 1924 г. Семёнов был возвращён в распоряжение Главэлектро, где назначен на прежнюю должность. Конец 1924 - начало 1925 прошли в инспекторских поездках по ведомственным предприятиям. При этом Семёнов продолжал участвовать в переписке с немецкой агентурой, оставаясь заинтересованным лицом в отношении успешного завершения операции. Весной 1925 он вместе с проверенным товарищем Дайбелем прибыл в Берлин, где встречался с рабочими завода Osram. Целью этой командировки было подобрать квалифицированных специалистов-вольфрамщиков для работы по контракту в СССР. Немецкие коммунисты с восторгом приняли выгодные условия индивидуального договора и вскоре первая группа носителей ценной информации и обладателей уникальных навыков отбыла в Республику Советов. Далее отъезд немецких рабочих обрёл характер налаженного потока. В советском торгпредстве в Берлине работал сотрудником представительства Главэлектро функционер КПГ Фридрих Мюллер, организовывавший отъезд специально отобранных квалифицированных кадров. "Когда я ехал в СССР, то имел адрес Коха, кроме того Фридрих Мюллер дал мне адрес Жоржа Семёнова, мы называли его тогда просто "Жоржем", - вспоминал рабочий Ганс Ольрих. Механизм переброски был продуман коммунистами до мелочей. Так, Ольрих свой партбилет отдал в Берлине Фридриху Мюллеру, а по прибытии в Москву получил от своего заводского куратора документы и новый партийный билет. Опекаемые разведкой немцы образовали на предприятии целую общину иностранцев, исправно передавая знания и умения своей новой родине. К этому времени Гольцмана на посту руководителя Главэлектро ВСНХ сменил ни кто иной как Лев Троцкий.

В апреле 1925 года Семёнова назначили директором Московского авиационного завода № 12 Радио - важного предприятия радиотехнической промышленности, напрямую связанного с оборонным ведомством и также крайне зависящего от скорейшего решения вольфрамовой проблемы (нить накаливания применялась в радиолампах - необходимых деталях средств связи). Так, благодаря грамотно проведённой Семёновым агентурной разработке, была создана военная технику, хорошо проявившая себя в боях против родины своего производства - Германии в годы Великой Отечественной войны.



Как видите работали тогда наши люди системно, от Ильича до мелких клерков скупающих все доступные патенты, а потому на позор Уэлсу Герберту достигли успеха в деле Электрификации Всей Страны.
Tags: Электричество, этот/другой/безумный мир
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments