1500py470 (1500py470) wrote,
1500py470
1500py470

О цене погибших японцев с точки зрения Пентагона и военно-политического руководства США

Этот взрыв произошёл ровно 75 лет тому назад, 9 августа 1945 года в 11:02 местного времени на высоте около 500 метров. Мощность взрыва составила около 21 килотонны. Бомба взорвалась почти посередине между двумя основными целями в Нагасаки, сталелитейными и орудийными производствами Мицубиси на юге и торпедным заводом Мицубиси-Ураками на севере. Если бы бомба была сброшена дальше к югу, между деловым и жилым районами, то урон был бы намного больше. Хотя мощность атомного взрыва в Нагасаки была больше, чем в Хиросиме, разрушительный эффект от взрыва оказался меньше, ибо эпицентр взрыва находился над промзоной и наличие многих холмов в Нагасаки, а всё это помогло защитить некоторые районы города от последствий взрыва.



В этот юбилейный день стоит почитать воспоминания Гровса, и попробовать оценить жизнь погибших японцев с точки зрения Пентагона и военно-политического руководства США.

...Еще до бомбардировки Хиросимы доклад Смита был отпечатан в совершенно секретной типографии Пентагона тиражом в тысячу экземпляров. После этого весь тираж хранился у меня в кабинете, надежно запертый в сейфе.

12 августа, после того как президент одобрил его опубликование, доклад был предоставлен в распоряжение утренних газет и радио [290].

Сообщение о докладе было сделано отделением по делам прессы Военного министерства и сопровождалось следующим примечанием:

«В этом докладе не содержится никаких секретных сведений, относящихся к производству атомного оружия. В нем приведены некоторые известные научные факты и дается изложение истории работ некоторых научных и промышленных учреждений в этом направлении.
Интересы безопасности США требуют от всех граждан, как в настоящее время, так и в будущем держать в секрете все сведения научно-технического характера, не приведенные в этом докладе или в каком-либо другом официальном сообщении Военного министерства.

К параграфу 12.18 доклада должно быть сделано следующее добавление: «Военное министерство подтверждает, что взрыв бомбы осуществляется на такой высоте над землей, чтобы разрушения от ударной волны были максимальными, а радиоактивные продукты были рассеяны в виде облака. В силу неназемного характера взрыва практически все радиоактивные продукты захватываются восходящими потоками раскаленного воздуха и рассеиваются на больших пространствах, не нанося никому вреда. Даже при испытании в Нью-Мексико, где точка взрыва была по практическим причинам невысоко над землей, на поверхности земли, непосредственно в месте нахождения бомбы, наблюдалась очень небольшая радиоактивность».

После опубликования доклада Смита, как мы и ожидали, от многих ученых, занятых в работах проекта, стали поступать возражения.



Получилось после взрыва как после цунами и землятресения в 2011.
Привычная картина в этих местах.


Попробуем разобраться и предоставим слово тому самому Лелси Гровсу:


Полученное, наконец, с завода необходимое количество плутония было превращено в Лос-Аламосе в блоки и отправлено на Тиниан на борту специального самолета С-54. Некоторые другие важные детали еще для двух «Толстяков» отправили на самолетах Б-29, принадлежавших 509-му авиаполку и находившихся в Альбукерке специально для этой цели. Во всех случаях груз плутония сопровождала особая охрана и принимались специальные меры по установлению места возможной катастрофы самолета.

Так же как и «Малыш», «Толстяк» должен был быть применен в боевых условиях, как только поступит достаточное количество делящегося материала. В конце июля срок использования бомбы перенесли с 20 на 11 августа, а к 7 августа стало ясно, что этот срок удастся уменьшить еще на один день.

Мы с адмиралом Пернеллом часто обсуждали важность организации второго атомного удара вслед за первым, для того чтобы у японцев не было возможности оправиться от первого потрясения. Пернелл был убежден, что двух бомб достаточно, чтобы закончить войну, и потому я был уверен, что с ним и Фареллом мне нечего бояться задержки в развитии нашей первой операции.

Если верить прогнозу, 9 августа погода должна была быть благоприятной. Однако в течение следующих пяти дней ожидалась плохая погода, что заставило нас привести первого «Толстяка» в готовность на день раньше. Когда решение [281] было принято, научный персонал выразил опасение, что сокращение срока подготовки на целых два дня внесет элемент неуверенности. Тем не менее я рискнул. К счастью, сборка прошла без приключений, и к вечеру 8 августа бомба была заряжена и проверена.



Одна из тех самых «тыкв»


8 августа шесть самолетов с бомбами «тыква» вылетели в направлении различных целей.

Из-за плохой погоды только двум из них удалось достичь основных объектов, трем — второочередных, а один вернулся с полпути из-за неисправности.

В тексте приказа о второй атомной бомбардировке не было никаких указаний на необычный характер бомбы, хотя каждый читавший его понимал, что речь идет о далеко не обычной операции.

В этот раз мы наметили только два объекта: Кокура — цель первой очереди и Нагасаки — цель второй очереди. Город Ниигата не был включен в число целей из-за его удаленности от первых двух городов. Чтобы увеличить шансы поражения первой, цели, самолету-доставщику приказали независимо от прогноза погоды приблизиться к району первой очереди настолько близко, чтобы непосредственно убедиться в невозможности визуального бомбометания. Только после этого он мог изменить курс и лететь ко второй цели. Для предотвращения слишком раннего прибытия к цели тех самолетов, которые должны были сфотографировать взрыв, они были обязаны запросить Тиниан и Иводзиму, прежде чем минуют последний остров. В случае отсутствия достоверных сведений они должны были сфотографировать обе цели.

Арсенал в городе Кокура был крупнейшим военным заводом Японии, на котором производились самые различные виды оружия и другого военного снаряжения. Он раскинулся на площади почти в 800 гектар, а вокруг него располагались вспомогательные объекты: машиностроительные заводы, заводы по изготовлению запасных деталей, электростанции и различные бытовые службы.

В городе Нагасаки сосредоточены крупнейшие в Японии судостроительные и ремонтные заводы. Нагасаки — важный центр по производству боеприпасов для военно-морского флота. Точка прицеливания была выбрана в деловой части города — к востоку от бухты.

9 августа незадолго до рассвета самолет-доставщик и сопровождавшие его два самолета наблюдения поднялись в. воздух. Вел самолет майор Чарлз Суини, бомбардиром на нем был капитан Бихэн, ответственным за бомбу — Эшуорс, он же командир экипажа, и, наконец, лейтенант Барнс — офицер по электронному оборудованию [282].



Реплика в музее


К «Толстяку» был не применим способ окончательной сборки в воздухе, как это сделали с «Малышом». Поэтому среди технических специалистов шли бурные споры, что произойдет с бомбой в случае катастрофы или пожара во время старта. Они отчетливо понимали, что не исключена серьезная опасность заражения большой площади на Тиниане плутонием, если он будет рассеян в результате даже не очень мощного взрыва. Многие предполагали даже возможность сильного ядерного взрыва, который мог бы разрушить все строения на острове. Конечно, еще в процессе разработки операции мы рассматривали подобные возможности, но, учитывая мнение Оппенгеймера и других моих главных консультантов, я решил, что риск при такой операции ничтожен, и на него следует пойти.

Как часто бывает, в решение этих вопросов постоянно вмешивались люди, не имевшие к ним прямого отношения. Но за все время существования проекта важнейшие решений принимались только после их самого тщательного обсуждения с людьми, которых я считал в данном вопросе наиболее компетентными. В частности, в последнем случае я обращался к Оппенгеймеру, фон Нейману, Пенни, Парсонсу и Рамзею. Я подробно обсуждал эту проблему с различными группами ответственных сотрудников Лос-Аламоса, а также с Конэнтом, Толменом, Пернеллом, Фареллом и, несколько менее подробно, с Бушем. Казалось бы, достаточно. И все же в последний момент нашлись люди, которые вновь подняли вопрос о безопасности взлета самолета с заряженной бомбой на борту. Один старший офицер военно-воздушных сил даже потребовал письменное подтверждение безопасности такого старта.

Парсонс и Рамзей не без некоторых колебаний подписали такой документ. Вероятно, они понимали, что если ошибутся, им все равно не придется нести ответ. Вслед за этим Рамзей предложил Оппенгеймеру внести в следующие бомбы ряд конструктивных изменений, чтобы исключить элемент опасности при старте.

Перед самым взлетом возникло неожиданное осложнение. Оно поставило Фарелла в весьма затруднительное положение — необходимо было принять решение исключительной важности за очень короткий срок. Дело в том, что в последний момент (несмотря на тщательность подготовки) обнаружилась неисправность бензинового насоса. В результате около трех тысяч литров горючего не могли быть поданы от бака в бомбовом отсеке к двигателям. Это означало не только то, что самолет должен будет вылететь с уменьшенным запасом горючего, но и необходимость в дополнительной нагрузке во все время пути до Японии и обратно [283]. Погода была не очень хорошей, прямо скажем, далеко не благоприятной, но Лемэй считал ее вполне допустимой. Учитывая нежелательность задержки применения второй бомбы, а также плохой прогноз погоды на следующие несколько дней, Фарелл решил не откладывать операцию, несмотря на обнаруженную неисправность. Перед самым вылетом Пернелл обратился к пилоту Суини:

— Молодой человек, ты знаешь, сколько стоит эта бомба?

— Знаю, около 25 миллионов долларов.

— Так вот, попытайся, чтобы эти деньги не пропали зря.


Погода нас подвела. Вместо того чтобы лететь в строю, самолеты вылетели по одному, чтобы сэкономить горючее, они взяли курс сразу к берегам Японии, минуя Иводзиму. Они рассчитывали собраться вместе в районе острова Иокусима. Однако этого не удалось осуществить. Они летели на расстоянии друг от друга, исключающем прямую видимость и только один из самолетов наблюдения смог встретиться в Означенном районе с самолетом-доставщиком. Потерявшийся самолет кружил над островом Иокусима, вместо того чтобы находиться у одной из его оконечностей (как было предусмотрено).

Суини определил, какой именно самолет присоединился к ним, но не сообщил об этом Эшуорсу.

Эшуорс сам долго не мог понять, тот ли это самолет котором находились самые важные для выполнения задания приборы, или другой. В результате, ожидая второй самолет, они опоздали больше чем на полчаса по сравнению с расписанием.

Приблизившись к городу Кокура, они обнаружили, что вопреки сообщению самолета метеослужбы визуальное бомбометание невозможно. Произошло ли это в результате разницы во времени или в углах зрения наблюдателя и бомбардира — осталось неизвестным.

Сделав над городом по крайней мере три захода (на что ушло 45 минут), они взяли курс на вторую цель — Нагасаки. В этом полете им пришлось особенно аккуратно определять расход горючего. Эшуорс проверил и нашел правильным расчет Суини: если они будут садиться на запасной аэродром на острове Окинава, то смогут сделать не более одного захода на цель; если будет сделано больше заходов, придется сажать самолет на воду, по возможности в районе нахождения подводной лодки из спасательного отряда.



В районе Нагасаки была сильная облачность и сначала казалось, что условия для бомбардировки не лучше, чем над первой целью. Учитывая плохую видимость и недостаток горючего, Эшуорс и Суини взяли на себя ответственность нарушить указания и произвести бомбардировку по радиолокатору. Почти весь маневр захода на цель был уже проведен с помощью радиолокатора, когда вдруг в облаках появилось окно, позволившее перейти на визуальное бомбометание.

Бихэн взял в прицел расположенный в долине стадион для велогонок и нажал на рычаг. Бомба была сброшена не в первоначально намеченную точку, а на два километра севернее. Там она взорвалась между двумя большими заводами концерна Мицубиси, расположенных в долине реки Уруками, и полностью разрушила эти крупнейшие военные предприятия.



На обратном пути к острову Окинава экипаж получил приказ быть готовым к посадке на воду. Однако самолет дотянул до острова, правда, уже с практически сухими баками. Суини позднее говорил, что горючего не хватило, чтобы отвести самолет с посадочной дорожки в сторону.

Вторая бомба была сброшена с высоты 9700 метров. Экипаж самолета почувствовал пять отчетливых ударов по фюзеляжу самолета, что было связано с рельефом местности в районе цели. Отставший самолет наблюдения (к счастью, не тот, на котором находились приборы) находился в момент взрыва на расстоянии около 160 километров. Увидев столб дыма, он приблизился к нему на предусмотренное расстояние. Из-за плохой погоды мы смогли получить удовлетворительные фотографии только спустя недель после взрыва. По ним можно было определить, что город разрушен на 44 процента. Это объясняется невыгодным рельефом местности Нагасаки, где возвышенности и долины ограничили зону разрушения площадью в 3,7 X 3,0 километра. Согласно отчету стратегических военно-воздушных сил США, число жертв достигало 35 тысяч убитых и 60 тысяч раненых.

Хотя ударная волна и пожары причинили городу большие разрушения и вызвали многочисленные жертвы, ущерб оказался меньше того, который был бы нанесен при использовании расчетной точки прицеливания. Я испытал облегчение, узнав о меньшем, чем мы предполагали, количестве жертв. Я понимал, что через несколько дней войне все равно будет конец.

Для углубления психологического действия наших бомб на японцев мы, правда, с некоторым опозданием, подготовили и сбросили на Японию листовки с описанием мощи нового оружия и объяснением бесполезности дальнейшего сопротивления. Первый раз они были сброшены 9 августа, в день бомбардировки Нагасаки [286].



75 лет последствия аукаются, что где было добрые люди не знают, потому как пресса пишет и публикует всё подряд без проверки фактов. Наглядная иллюстрация теоремы Котельникова-Найквиста.


Всю первую неделю после Хиросимы мы вели неравную борьбу с потоком сообщений, посылавшихся в прессу с Тихоокеанского театра военных действий. В свое время Спаатсу было запрещено издавать какое-либо коммюнике в связи со взрывом. Цель этого запрета, распространявшегося также и на прессу, состояла в том, чтобы предотвратить уменьшение психологического воздействия бомбы. Независимо от того, что скажет японское правительство своему народу, мы не хотели уменьшать силы воздействия официального заявления Белого дома. Кроме того, существовала вероятность, что сообщение, написанное без знания общей картины событий, может породить в японцах надежду на то, что дальнейших бомб не последует. Командующие наших вооруженных сил на Тихом океане были плохо осведомлены в этих вопросах. Насколько я знаю, там не было также ни одного корреспондента, если не считать Лоуренса на Тиниане, достаточно компетентного для написания репортажа о взрыве.

Мы надеялись отменить этот запрет, как только ситуация выяснится. Еще до атомной бомбардировки мы снабдили наших людей, находившихся на Тихом океане, инструкциями по цензуре для сообщения командующим крупных группировок, которым планировалось передать в будущем право разрешать опубликование.

Откровенно говоря, мы не предвидели, какие беды навлечем на себя, устанавливая ограничения на сообщения прессы. Отдел по связи с прессой, организованный в управлении проекта, имел возможность пропустить в день лишь вполне определенное количество сообщений. Неприятности были вызваны тремя причинами: очень большим количеством корреспондентов на острове Гуам, необычайно большим объемом их сообщений и неожиданно обнаружившейся малой пропускной способностью линий связи. Поскольку все сообщения должны были проходить предварительную цензуру в Вашингтоне, их можно было посылать только по единственному секретному каналу связи. Это означало, что одновременно можно было передать не более одного сообщения.

В течение 24 часов после опубликования заявления Белого дома управление информаций Военного министерства находилось под непрерывной осадой всех газет США, молящих о помощи. Безнадежность положения была всем, в том числе и мне, очевидна. Учитывая это положение и сознавая, что необходимость в строгом контроле серьезно уменьшилась, в тот же вечер я отменил установленные ограничения, и право цензуры было передано из Вашингтона на Гуам, Начиная с 11 августа вся информация с театра военных действий шла уже только через местные штабы [287].



Полуразрушенная тории и храм Санно


Попробуем разобраться с ценой жизни Японцев. Атомный взрыв над Нагасаки затронул район площадью примерно 110 км², из которых 22 км² приходится на водную поверхность и 84 км² были заселены только частично. Согласно отчёту префектуры Нагасаки, «люди и животные погибли почти мгновенно» на расстоянии до 1 км от эпицентра. Почти все дома в радиусе двух километров были разрушены, а сухие, возгорающиеся материалы, такие как бумага, воспламенялись на расстоянии до трёх километров от эпицентра. Из 52 000 зданий в Нагасаки 14 000 были разрушены и ещё 5 400 — серьёзно повреждены. Только 12 % зданий остались неповреждёнными. Хотя в городе не возникло огненного смерча, наблюдались многочисленные локальные пожары.

Количество погибших к концу 1945 года составило от 60 до 80 тысяч человек. По истечении пяти лет общее количество погибших, с учётом умерших от рака и других долгосрочных воздействий взрыва, могло достичь или даже превысить 140 тысяч человек. С учётом цены в 25 миллионов и количества жертв получается около 400 долларов на одного погибшего японца в Нагасаки или по тем временам около 1/3 кг чистого золота!

Однако американские налогоплатильщики так дёшево не отделались, ибо тем парадом командывал бригадный генрал Лелси Гровс, о котором уже упоминалось 6 августа. Очень достойный человек.

Fat_Man_Assembled_Tinian_1945.jpg

Её "толстяком" вероятно в честь Гровса назвали


Если предполагаемые затраты всего Манхэттенского проекта, когда его починали предполагались в 100 миллионов тех ещё долларов (для справки строительство Пентагона в Вашингтоне тогда обошлось в 63), то это был сверхоптимизм, ведь именно тогда ВПК США только начал свой разбег.


В 1942 году полковника Лесли Ричарда Гровса вызвали к начальству по поводу его рапорта с желанием отдохнуть на фронте от сующей суеты и объявили, что он назначен главой проекта по созданию нового оружия и присвоили ему звание бригадного генерала, при этом добавив: "Если вы наладите дело, мы выиграем войну". Гровс ответил: "Слушаюсь!" и рьяно взялся за дело освоения бюджета. Новоиспечённый генерал был весьма представительной личностью. Рост - метр восемьдесят, каштановые, с проседью, волосы, пышные усы, голубые глаза... И он был необыкновенно толст для военных того времени. Мундиры Гровсу шили по специальному заказу, ибо готовой формы таких размеров просто не существовало. В ДВУХ сейфах в его кабинете кроме секретных документов и пистолета хранились горы шоколада, леденцов, орешков. Любопытно если вкусняшки хранить не в сейфе, ему одного могло хватить? Он как американец будущего поглощал невероятное количество сладостей, а это помогало хорошо думать. Как военный руководитель он был жестким, не терпящим возражений, уверенным в себе и очень честолюбивым.

Уже в первую неделю он потратил денег больше, чем был первоначальный бюджет на весь Манхэттенский проект (это название дал программе по созданию ядерного оружия он сам). Очень удачно купил две тысячи железных бочек урановой руды после обагатительной фабрики с содержанием окиси урана 65%, которые бельгийцы, опасаясь немецкого наступления, отправили в 1940 году из Конго в Америку и положил на личный счёт в казначействе емнип 37,5 миллиона долларов, для дальнейшей закупки у них руды на порядок более бедной. Приобрёл участок дешёвой земли на берегу Клинч-ривер в штате Теннесси - 240 кв. километров (именно здесь был наработан уран для атомной бомбы "Малыш", сброшенной на Хиросиму) и дал фермерам год на сборы. Как результат они собрали невиданный урожай, первоначальная оценка земли была пересмотрена резко вверх, как следствие судилища с правительством США и огромные дополнительные затраты.

Сотни миллионов долларов было инвестировано в совершенно новую область науки и военной техники, о которой еще не было точного представления. Тогда вовсе не было очевидным, что создать бомбу вообще удастся. Строились лаборатории, фабрики, испытательные комплексы, хотя технологические процессы еще не были разработаны, и часто приходилось менять планы по ходу строительства. Денег не жалели. Воистину Гровс наш человек, если нужно сделать что-нибудь уникальное не считаясь с затратами, то это наш модус операнди! Одной из находок в плане увеличения сетной стоимости была замена меди на серебро в количествах тысяч тонн!

Fat_Man_Assembled_Tinian_1945.jpg

Лесли Гровс и Роберт Оппергеймер


Главный инженер Манхэттенского округа полковник Джеймс К. Маршалл и его заместитель подполковник Кеннет Д. Николс обнаружили, что для производства первой партии калютронов потребуется 5000 коротких тонн (4500 тонн) меди, которых во время войны было крайне мало и трудно достать. Однако они поняли, что медь можно заменить на серебро в соотношении 11:10. Так как в США тогда было 4 категории снабжения АА1 венные производства ––> АА4 гражданские нахлебники, но Гровс с одобрения того самого Рузвельта выбил под проект волшебную категорию снабжения ААА (как это будет по русски – Всё для фронта! Всё для победы!!!). То эта замена прокатила. Чтобы уменьшить проявления излишнего любопытства общественности, круг лиц знающих об всех финансах проекта, был ограничен президентом и двумя ответственными сотрудниками казначейства, которые осуществляли все операции по расчетам. Волшебный документ на категорию снабжения, и указание ревизорам казначейства воспринимать все слова Гровса на веру и привили к чуду создания ЯО.

3 августа 1942 года Николс встретился с заместителем министра финансов, и попросил перевода серебра в слитках от Депозитария West Point в охренительных количествах. Николс позже вспомнил тот разговор:

Он объяснил процедуру передачи серебра и спросил: «Сколько вам нужно?» Я ответил: «Шесть тысяч тонн». «Сколько это тройских унций?». На самом деле я не знал, как перевести тонны в тройские унции, как и он сам. Немного нетерпеливо ответил: «Я не знаю, сколько тройских унций нам нужно, но я знаю, что мне нужно шесть тысяч тонн - это определенное количество. Какая разница, как мы выражаем количество?» Он ответил с возмущением: «Молодой человек, вы можете думать о серебре в тоннах, но казначейство всегда будет думать о серебре в тройских унциях».

В конце концов, было использовано 14 700 коротких тонн (13 300 тонн; или 430 000 000 тройских унций) серебра, что стоило более 1 миллиарда тех ещё долларов. Николс должен был ежемесячно предоставлять казначейские отчеты. Серебряные слитки весом 1000 тройских унций (31 кг) были взяты под охрану и отправлены на завода в Картерете, штат Нью-Джерси, где они были отлиты в цилиндрические заготовки, а бравые военные вывезли с завода серебра больше чем завезли. Затем в Фелпс Додж, штат Нью-Джерси их прокатали в ленты толщиной 0,625 дюйма (15,9 мм), шириной 3 дюйма (7,6 см) и длиной 40 футов (12 м). Около 258 вагонов были отправлены под охраной по железной дороге в компанию Аллис-Чалмерс в Милуоки, штат Висконсин, где они были намотаны на магнитные катушки и запечатаны в сварные оболочки. Которые переехали на неохраняемых платформах на завод в Клинтоне.

Серебро брали на пять лет или через пол года после войны вернуть в целости и сохранности, однако. Когда после войны все оборудование было демонтировано и очищено, а половицы под оборудованием были разорваны и сожжены, чтобы извлечь даже незначительное количество серебра, то было утрачено армейским способом около 150 500 тройских унций или 4 700 кг серебра. И это не считая, что последние 67 коротких тонн (61 тонна; 2 000 000 тройских унций) серебра были заменены медью и возвращены в казначейство только уже в 70-х годах.



В оконцовке затраты на первые три бомбы и инфраструктуру по их выпуску составили около двух миллиардов долларов или 2 300 тонн золота, а жертв в Хиросиме и Нагасаки было по красной оценке 250 000 человек. таким образом цена одного убитого японца составила для американцев минимум в 8000 долларов или около 7,1 кг чистого золота или свыше 60 кг серебра.

Сейчас многих удивляет как могли тогда пойти на такие траты?! Наиболее вероятны две гипотезы – военно политическое руководство США в целом и частности издревле исповедует культ смерти или всё дело в сионистах/коммунистах/жандармах и рептилоидах (поставить по вкусу). Но стоит помнить, что на роль научного руководителя Манхэттенского проекта Гровс к удивлению многих назначил Роберта Оппенгеймера. Контрразведка была в ужасе: профессор калифорнийского университета был для нее на редкость подозрительной личностью: читал труды Маркса, вращался в левых кругах... Его жена, брат, жена брата были членами компартии. Оппенгеймер находился под наблюдением психиатра, очень много курил...

Нужно заметить, что СССР заплатил за поставки по лендлизу 1 500 тон золота, а советником по таким тонким научным вопросам у Рузвельта (как и следующих президентов) был Давид Сарнов, глава RCA по прозванию генерал и в прошлом наш человек, то нельзя исключить и частичное слияние этих гипотез вместе. С учётом того, куда отправился после отставки Гровс, это становится ещё более подозрительно, но обойдёмся без конспирологии. В любом случае, нашим людям ни за Гровса, ни за Трампа не стыдно перед американским народом.




После войны Гровс оставался ответственными за Манхэттенский проект, но вся ответственность за производство ядерного оружия была передана Комиссии по атомной энергии Соединенных Штатов в 1947 году. После когда он получил разнос от начальника штаба армии, генерала армии Дуайта Эйзенхауэра, когда тот сказал ему, что он никогда не будет назначен начальником инженерного корпуса армии США, то уже после него через три дня, Гровс объявил о своем намерении покинуть армию. Он был повышен до генерал - лейтенанта незадолго до своей отставки 29 февраля 1948 года в знак признания его роли в создании американской бомбы. Специальным Актом Конгресса, дата повышения его ранга была оформлена задним числом, от 16 июля 1945 года (дата ядерного испытания Тринити).

Лелси Гровс ушёл в отставку, чтобы стать вице-президентом в компании Sperry Rand и переехал в Дариен, штат Коннектикут, в 1948 году, а на пенсию ушёл в возрасте 65 лет в 1961 году. Но также всё ещё служил в качестве президента ассоциации выпускников West Point. В отставке, Гровс написал рассказ о Манхэттенском проекте под названием "Теперь это может быть сказано", опубликованной в 1962 г. В 1964 году он вернулся в Вашингтон, округ Колумбия

Гровс перенес сердечный приступ, вызванный хронической кальцификацией аортального клапана 13 июля 1970 года, когда был доставлен в Walter Reed Army Medical Center в Вашингтоне, где в ту ночь и умер в возрасте 73 лет. Отпевание состоялось в часовне в Форт - Майер, штат Вирджиния , после чего Гровс был похоронен в Арлингтонском кладбище рядом со своим братом, который умер от пневмонии в 1916 году.

Tags: Воспоминания и размышления, Память, Победа, ФИЗИКА, разгул демократии, туя Америка
Subscribe

Posts from This Journal “туя Америка” Tag

  • О Лунных камнях спустя полвека

    24 сентября 1960 года американцы 60 лет назад спустили свой первый атомный авианосец Энтерпрайз, а в СССР полвека назад, 24 сентября 1970 года,…

  • Наш кандидат на Ig Nobel Prize!

    Сегодня по причине царящего в мире морового поветрия (тот самый COVID-19) состоится юбилейная The 30th First Annual Ig Nobel Prize ceremony в онлайн…

  • Ну и синхроничность!

    В этом удивительном году сегодня совпало так, что у нас все добрые люди празднуют День граненого стакана, а в Эфиопии жгут ёлки в честь древнего…

  • Ковидная мода

    Сегодня поклоницы женщины в шляпе надеюсь не разнесут всю Америку в дребезги и пополам. В этом замечательном году Women's Equality Day может…

  • Очередное дно пробито!

    Cerebras раскрыла сведения про своё второе поколение Wafer Scale Engine, которое назвали просто Generation 2. Второе поколение WSE содержит 850000…

  • Куда катится этот мир?!

    Подразделение Huawei HiSilicon разрабатывала микросхемы, используя софт американских компаний. HiSilicon выпускала широкий спектр продукции, включая…

  • Всё для фронта! Всё для победы!!!

    Сегодня все люди доброй воли поминают жертв варварской бомбардировки Хиросимы. Но в эту 75-ю годовщину даже самые светлые люди с хорошими лицами не…

  • System Administrator Appreciation Day уже 20 лет в нашей жизни!

    System Administrator Appreciation Day или День системного администратора, также известный на просторах нашей страны как День сисадмина, отмечается в…

  • К вопросу о разделе Луны

    Это было давно и не правда. 75 лет назад 17 июля 45-го началась Потсдамская конференция (это правда) на которой Сталин выслушав сообщение Трумена об…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments